Как стать художником и ни о чем не жалеть?

Няня, продавец мороженного, статист в детективных фильмах, актриса, руководитель туристического отдела, волонтер… Вычисления и множество аббревиатур, верстка, 6 языков и Катарская авиакомпания. Украина, Германия, Швеция, Польша. Это все об одном человеке. Это все о множестве якорей. Это все о поиске того, что лежало на поверхности.

Это об Ольге Голевой, с которой я не смогла встретиться из-за разницы в странах. — Где во всей этой истории фотоаппарат? – спросила я, пытаясь обнаружить последовательность и структуру. — Он в каждом слове, — ответила Оля и рассказала про пленочный Кодак. Фотоаппарат, который был первым. Ей было 10, и без уважительного повода пленку не покупали. Поэтому она не тратила деньги, выданные на обед, и много фотографировала.

— Ты хранишь эти пленки? – спрашиваю я, вспоминая тот день, когда сама решила, что больше не буду фотографировать. — Да, все у меня есть. Сотни ненапечатанных фотографий, потому что денег на печать, конечно же, не было. Там нет никакой техники фотографирования, просто желание запечатлеть момент, поэтому я просматриваю их изредка как калейдоскоп, но не печатаю.

— Какой стал вторым в твоей истории? – спрашиваю я, романтически представляя новую встречу. — На первом курсе университета, цифровой, — улыбчиво говорит Оля и вспоминает следующие сотни репортажных съемок.

— Свадьбы, праздники, конференции, концерты – не срослось, зато я купила зеркалку, два объектива и узнала, что фотографы должны ходить в черном. — Не привлекать внимание? – предполагаю я, пытаясь нащупать причину того, что Оля все-таки рассталась с фотоаппаратом.

— Конечно, или сером, — отвечает Оля и очевидно – это не причина. — Я тогда жила в Швеции, — говорит она, — и там нет такого спроса на свадебные съемки, только спорт, события, что требовало более сильной камеры и более дорогих объективов, которых я себе до сих пор не могу себе позволить, – но ничуть не жалеет.

– Потом я фотографировала девушек для сайта знакомств и всё – года два не брала фотоаппарат в руки, а фраза «Сфоткай меня красиво» до сих пор вызывает тошноту.

Неожиданно и динамично – подумала я, пытаясь собрать всю информацию воедино. Мы не виделись 10 лет, а оказалось – целую жизнь. В которой фотоаппарат все равно был главным.

— Когда же вы встретились снова? – спрашиваю я, многообещающе представляя любовь всей жизни. — Уже в Польше. Меня стало ломать без него. И я выбрала природу и детей. Фотографировала их, думая о вечном и о том, есть ли такое место, где всему учат.

— Я улыбнулась, — место, где всему учат у нас в голове. Снова на поверхности. — И нашла, — говорит Оля, – с первого раза. 2 года стационара и артистическое фото. Я побежала подавать документы. И меня приняли… — Это то, чего ты хотела? – спрашиваю я, представляя Ольгу в университете.

– Сначала было сложно. Я не понимала, куда попала. Первое занятие вообще не было похоже на занятие, так, вопросы и странные ответы. Вначале можно было хоть на телефон снимать, а вот ракурс, кадрирования и вообще или снимок отвечает теме — вот в чем были вопросы. Часто я не понимала, почему темы принимали у других, а у меня нет.

На самом деле я четко не осознавала, зачем вообще пришла. Не понимала, чему именно меня хотят научить. Особенно рисование – я ненавидела рисовать, всячески отрицала это как предмет. Даже свет и тень – то, что сложно осознать без рисования, — меня не мотивировало.
Источник: miridei.com